Loreena McKennitt
The Book Of Secrets

1. Prologue 2. The Mummers' Dance 3. Skellig 4. Marco Polo 5. The Highwayman 6. La Serenissima 7. Night Ride Across the Caucasus 8. Dante's Prayer

Это последний на текущий момент альбом Лорины и ходят слухи, что он станет последим ее диском вообще, так как певица решила бросить музыку.

Альбом 'The Book Of Secrets' зародился в нескольких поездках, включая также путешествие легендарным Транс-Сибирским экспрессом; так певица, ставшая своим собственным менеджером и возглавившая свою студию звукозаписи, находила уединение, необходимое для осмысления и подготовки этого альбома. Наконец-то, у неё нашлось время прочитать 'Божественную комедию' Данте (The Divine Comedy), отголоски которой слышны в последней композиции альбома 'Dante's Prayer'.

Построением альбом напоминает "Маску и зеркало". Музыка то подхватывает ритмом (Mummer's Dance), то заставляет грустить под трогательную балладу (The Highwayman). Восхищение магией ночи (Night Ride across the Caucasus) сменяется смирением молитвы (Dante's Prayer)...

Песни этой записи составлены в виде мозаики: несхожие кусочки, собранные из разных мест и подогнанные один к другому. Создание этого пролога было навеяно моими собственными посещениями Греции и Турции, а также в нём нашли отражение путешествия других людей, о которых я узнала во время своих исследований. Одним из них стал Джон Мошос, монах, живший в шестом веке. Его путешествия с горы Афон в Греции в Византию описаны им в книге 'Духовный луг' (The Spiritual Meadow). Я также нашла книгу другого исследователя Уильяма Далримпл 'Со святой горы' (From The Holy Mountain), где автор идёт по следам Мошоса в 1990-х годах.

Музыкальная зарисовка традиционного народного обычая обряжания, который уходит корнями в ритуал поклонения деревьям, бытовавший среди племён, населявших огромные лесные массивы Европы, давно исчезнувшие с лица земли. Ряженые, одетые в маски и костюмы, украшенные лентами и лоскутками ткани, шли по деревенским улицам к соседским домам, распевая песни и неся зелёные ветки. Несмотря на то, что такие празднования напоминают Халлоуин, они обычно проходили в разное время года, особенно в Новый год и ближе к майским праздникам.

Припев и последняя строфа взяты из оригинальной песни ряженых, традиционно исполняемой в Абингдоне, графство Оксфордшир.

В лирике этой песни рассказывается история престарелого ирландского монаха, жившего в седьмом веке. Проведя большую часть своей жизни в изолированной религиозной общине Скеллиг Майкл, к западу от побережья Ирландии, он вместе с другими монахами переезжает в Европу, возможно в Италию. На своём смертном одре он даёт своему духовному брату наказ продолжать его работу: переписывать, а следовательно и сохранять древние рукописи.

Существует мнение, что монашеские труды имели решающее значение для возвращения классической литературы на европейский континент после падения Римской империи. Несмотря на их серьёзное содержание, дошедшие до нас манускрипты также показывают живые характеры их давно ушедших переписчиков. Многие украшены на полях непочтительными репликами, записками одиноких монахов, обращёнными к далёким любимым и родным, очаровательными рисунками птиц, мышей и других мелких животных.

Эта вещь была навеяна путешествиями Марко Поло в экзотические страны. Венецианский купец тринадцатого века, Поло снарядил экспедицию в поисках богатых шелков и специй, но назад он привёз не только товары, но также свои рассказы о Востоке, которые потом на протяжении веков разжигали воображение европейцев. Какие чудеса встретились ему в пути? Какие новые места и звуки? Размышляя о его приключениях, я вплела в свою мелодию оригинальный суфиийский напев.

Это моё музыкальное представление знаменитой поэмы Альфреда Нойза, родившегося Стэффордшире. Его ранние работы на заре двадцатого века замечательны по своей популярности не только среди литературных кругов и поэтов-современников, как, например, Свинбёрн, но также среди представителей всех социальных слоёв. Делая запись в Риал Уорлд Стьюдиос, я узнала,что два века назад в этой местности Уилтшира водились свои собственные разбойники; эта пышная драматическая красота деревенского пейзажа, казалось, идеально подходит к лирике Нойза.

Возможно эта музыка вызовет в воображении отголоски богатого и временами фантастически роскошного прошлого Венеции. Одним из таких моментов наверняка было посещение в 1574 году молодым французским королём Генрихом III "самого безмятежного" города. Приехав в Венецию он был ослеплён необычайной церемонией в честь его прибытия: плавучие арки, проплывающие мимо плоты, на которых стеклодувы показывали своё мастерство, картины, выполненные на заказ лучшими мастерами эпохи. Джэн Моррис в своей книге 'Венеция' описывает эту сцену во всех подробностях.

На меня произвела огромное впечатление автобиография Мурата Ягана 'Я вышел из-за горы Каф' (I Come From Behind Kaf Mountain). В ней он рассказывает о своём посвящении в мир суфизма во время обучения искусству верховой езды в удалённой гористой местности Кавказа. Это привело меня к дальнейшему исследованию определённых идей суфизма: "Музыка и пение не создадут в сердце того, чего в нём нет".

В декабре 1995 года я проезжала поездом по территории Сибири. Хотя моим первоначальным намерением было найти уединение, которое позволило бы мне поработать над темами и идеями для этого альбома, меня привлекало и отвлекало движение человеческой жизни, мелькающее за окном. В то же время я начала читать 'Божественную комедию' Данте (The Divine Comedy). Когда я возвращалась к её страницам, казалось, что нечто, исходящее от всех встреченных и увиденных мною душ, начинало преследовать меня, будто бы оно было каким-то образом связано со словами Данте.